 |
     «Все
равно никуда не уеду...». Строка на обложке книги, идея которой
была высказана год назад, в дни прощания с журналистом, поэтом
и гражданином Юрием Баевым, отзывается в сердце сразу: он и не
уехал никуда. А теперь, когда издана книга его стихов и песен,
становится совершенно понятно, что душа и плоть человеческая все-таки
разделимы. Его живая душа пребывает где-то совсем рядом, и поэтому
общение с ним продолжается. «Да, он жил в сложное время, когда
людям нужны, как воздух, именно такие неординарные, мудрые, смелые,
принципиально целеустремленные, неподкупные натуры, - пишет в
предисловии к книге Николай Чесноков. - К их слову не просто прислушиваются,
но берут его в поводыри, считая надежным советчиком. Таким был
Юрий Васильевич - журналист милостью Божьей... |
|
    
«Да,
он жил в сложное время, когда людям нужны, как воздух, именно
такие неординарные, мудрые, смелые, принципиально целеустремленные,
неподкупные натуры, - пишет в предисловии к книге Николай Чесноков.
- К их слову не просто прислушиваются, но берут его в поводыри,
считая надежным советчиком. Таким был Юрий Васильевич - журналист
милостью Божьей... Он был еще и превосходным поэтом, великолепным
бардом... Он редко печатал свои стихи. Этот сборник - нерукотворный
памятник, воздвигнутый им самим».
    
Говорят,
что лучше всего о жизни поэта рассказывают его стихи. И Юрий Баев
в этом смысле не исключение:
    
Нет,
стихи для меня не забава.
    
Я
для девушек их не пишу.
    
Для
меня они вроде отравы:
    
Ими
память свою ворошу...
    
Он,
как и все, любил и ненавидел, страдал и мечтал, терял и находил,
разочаровывался и жил надеждой... Но, в отличие от многих, он
умел из Урала «звезды пить пригоршней» и слышал, как «осенний
шелестит покоем» лес. Мог подсмотреть, как «клен к стройным сосенкам
теснится», увидеть, как «льют фонари на дорогу ртутное серебро»,
ощутить «бархат неба» и «перламутр зари»... Его душа остро чувствовала
и «буянную» осень, и «одурь» мая, и «июнь в пуху», и «ноябрь в
тумане»... Бывали в его жизни дни - да и у кого таких не бывало!
- когда хотелось смеяться и «всех людей одной рукой обнять». А
бывали и такие, когда, казалось, «сердце петлею стянуло в груди»,
и темнели и засыхали слова, и было «страшно думать мир про тот,
еще страшней - про этот».
    
Горькие
мысли, горькие слова...
    
Он
ощущал себя то «игроком в солдатской форме», то ловцом жемчуга,
которого «топили, как щенка», чтобы нырял глубже... Он маялся
«вдрызг растерзанной душою», в «трущобах той души» «ломал, топтал,
душил все то, что не сломалось», но наступало мгновенье - и...
    
Опять
аккорд надежно строит,
    
Опять
звенят от страсти струны,
    
А
все же жить, наверно, стоит,
    
Через
плечо три раза плюнув.
    
«Сердечные
сполохи», «Почти всерьез», «Друг мой закадычный», «Вдрызг растерзана
душа», «Все равно никуда не уеду» - главы книги как главы жизни,
такой короткой и такой всеобъемлющей...
    
«Человек,
удивительным образом совмещающий в себе организаторское, патриотическое,
поэтическое и музыкальное начало», - таким знал его Валерий Джунусов,
которого с Ю. Баевым связывали многие годы совместной работы.
«Как все истинно творческие, талантливые люди, он жил, не боясь
никого и ничего... Правдивое слово ему было дороже спокойной жизни»,
- говорят о своем редакторе Сергей Аблаев, Надежда Погребняк,
Нина Филатова, Жанна Идрисова, проработавшие с ним бок о бок немало
беспокойных лет. «Надо было уйти из жизни именно так, как он ушел:
трагическим, нелепым столкновением в ночи, чтобы и спустя год
после гибели о нем говорили, как о живом», - пишет Юлия Юмашева.
Друзья, товарищи, коллеги - каждый из них, рассказывая о Юрии
Баеве, вписал свою страницу в книгу, вместившую в себя слово поэта
и слово о поэте.
    
А
издание ее стало возможным благодаря спонсорской поддержке Консорциума
«Группа компаний «Конденсат», признательность которому вместе
со Светланой и Андреем Баевыми выражают и те, кто помнит и чтит
память талантливого и яркого человека Юрия Васильевича Баева.
    
Незнакомая
дорога
    
Сладкой
болью сердце щемит,
    
Вот
пройду еще немного
    
И
вернусь домой. На время.
    
Он
ушел незнакомой дорогой, но - вернулся. Не на время - навсегда:
поэт, журналист, гражданин. |